Величайшая напасть жизни, или Приключения дамы в поисках хорошей служанки

Викторианская эпоха в Англии отмечена необыкновенным расцветом литературы, особенно прозы. Для текстов этого времени характерно  морализаторство: читатель должен был понимать, что хорошо и что плохо, как исправить недостатки человеческой природы и как достичь жизненного успеха собственными усилиями. В то же время эти книги были просто переполнены описанием общественных язв, в том числе бесправия детей, женщин и других уязвимых слоёв социума. Чтобы не оставлять читателей с тяжёлыми чувствами, авторам необходимо было сдабривать любое повествование искромётным юмором, демонстрирующим добросердечие и здравомыслие англичан.

Первой это стала делать многочисленная журналистская братия, демократичная и по-своему свободная. В репортёрских кругах начинали блестящие Чарльз Диккенс и Уильям Теккерей. Эти писатели свой жизненный успех получили сполна, но не следует забывать и о других авторах социальной и юмористической литературы, которые, хоть и не добились столь ошеломительной известности, но вполне достойны памяти и внимания потомков. К их числу, несомненно, относятся писатели, которых называли братьями Мэйхью.

Главным в этом семейном авторском коллективе был, несомненно, Генри Мэйхью (1812–1887), сумевший объединить в себе исследователя (как мы бы сейчас сказали, социолога и антрополога) лондонских трущоб, успешного репортёра и автора юмористических произведений. Он основал и редактировал  газету «The Thief, Figaro» в Лондоне, а затем журнал «Punch», в которых давал волю своему врождённому чувству смешного и абсурдного. Газеты покрупнее, например, «Morning Chronicle», нанимали его для социальных расследований дна жизни.

Когда в 1851 году вышло его эссе «London Labour и London Poor» («Лондонский труд и Лондонская бедноста»), то оно оказало огромное влияние на всю просвещённую и писательскую элиту, и в том числе — на Чарльза Диккенса. Интересно, что Генри Мэйхью — выходец из очень обеспеченной многодетной буржуазной семьи (17 братьев и сестер!) — именно в кругу родных нашёл своих ближайших единомышленников. Ими стали братья Август и Гораций.

Уморительную вещь «The greatest plague of life, or The adventures of a lady in search of a good servant» (Величайшая напасть жизни, или Приключения дамы в поисках хорошей служанки) они написали вместе с братом Горацием, хотя на титульном листе скромно представились лишь «редакторами». 

Соратником братьев в этом предприятии стал великолепный художник-карикатурист Джордж Крукшенк (1792–1878). У этого знаменитого иллюстратора было поразительное свойство — интерпретировать текст так, что он никогда не искажал идей автора, а только подчеркивал их, несомненно преувеличивая абсурдность ситуаций. Человеческие фигуры он часто изображал упрощённо, но при этом улавливая индивидуальный характер каждого героя, что вызвало узнавание и смех читателей. Ещё при жизни мастера его часто сравнивали с выдающимся предшественником Уильямом Хогартом — по наглядности демонстрации нравов современного общества, безответственности высших кругов и убогости низших слоев. 

Замысел Мэйхью был поистине всеобъемлющий — заклеймить власть денег, их влияние на общество и человека, а вместе с ними индивидуальные пороки: алчность, жадность, иждивенчество, лень.

Книга была написана в 1840-е годы, и проблемы того периода авторы решили воплотить последовательным представлением каждого человеческого порока в отдельной главе. Сразу вспоминаются великие «Мертвые души» Н. Гоголя, где главный герой, путешествуя по имениям и усадьбам российских помещиков,  сталкивается с различными «мерзостями» бытия, от которых хоть смейся, хоть плачь. Главная героиня Мэйхью — лондонская леди миссис Каролина Браун, замужняя дама и мать двоих детей. Своей главной проблемой она считает некомпетентных, ленивых и неисполнительных слуг, которые довели её до потери собственного жилища. В поисках хорошей служанки она отправляется в дорогу, которая приводит её к издателю. Здесь она рассказывает заинтересованным читателям свою печальную повесть о подлых слугах: лакее-воре, поваре- отравителе, няне-нимфоманке и других ужасных людях. 

От лица женщины братья Мейхью пишут о её проблемах, обнажая  социальную несправедливость по отношению к «слабому полу», и в этом они упоительно ироничны и беспощадны: «Без прекрасной Женщины, которая успокаивала бы, сдерживала и заботилась о них, я хотела бы знать, какова была бы судьба этих нетерпеливых, упрямых, эгоистичных и бедных беспомощных созданий — Мужчин? Разве они не разорвали бы все социальные связи? и не ходили бы, как скоты по полям, едва имея что-то подходящее для ношения, и в дырявых чулках — жертвы своих всепожирающих аппетитов — рабы своих неуправляемых страстей, и их слуги грабили бы их направо и налево? И почему, я спрашиваю, это так? — почему, потому что каждая Женщина, со своими надлежащими чувствами к ней, знает так же хорошо, как и я, что так оно и будет…» .

При этом героиня вовсе не безупречна — где-то до глупости наивна, где-то до безобразия инфантильна, — но она вызывает сочувствие у читателей даже тогда, когда родная мать считает её поведение неуместным, а жалобы на мужа неприемлемыми.

Первая глава демнострирует нам бесконечную и приторную наивность, вторая — буржуазное тщеславие, третья и последующие описывают разные проделки слуг. На самом деле проблемы со слугами объясняются тем, что  героиня совершенно не готова к самостоятельной жизни и не видит в слугах людей. Она использует их как настоящих рабов и старается заплатить им как можно меньше: так, вместо обученного слуги Брауны берут к себе мальчишку-подкидыша из работного дома и ужасаются тому, что он предпочитает резвится, безобразит и организует небезопасные шутки. При этом нанятая ими няня — девушка в мечтах о своем будущем суженом, — забывает о ребенке и практически теряет его на прогулке.

Юмор в этой книге был бы поистине горьким, если бы молодая героиня, наплевав на бесконечные предрассудки, не отправилась решительно в редакцию и не написала бы книгу о своих злоключениях. А первый экземпляр, конечно, получил любимый муж.

Несомненно, перед нами социально-значимая книга своего времени. Хотя почему только своего? И сейчас весьма поучительно, пройдя по следам Каролины, подумать, все ли проблемы этой жизни решаются деньгами, особенно когда речь идёт о родных и близких.

Наличие такой «нецарственной» книги в библиотеке российской императрицы может показаться странным, если не знать, что монаршую чету отличало стремление всегда быть на острие европейских тенденций и моды. И тут они попали в самую точку животрепещущих женских и общечеловеческих проблем. А книга, напечатанная в Лондоне и облачённая в переплёт с прекрасным золотым тиснением, заняла законное место в коллекции Александры Фёдоровны.

О. П. Болдырева